Rammstein Fan ru Rammstein - последние новости О Rammstein Аудио, видео материалы Фэн-зона Работы фанатов группы Rammstein Магазин Форум
домойкарта сайтадобавить в избранноесделать стартовой
  + обои на рабочий стол
  + комиксы
  + рисунки
  + рассказы
  + сценарии для клипов
  + табы и миди



В тихой ночи. Лирика. В тихой ночи. Лирика.

Тилль Линдеманн – легенда мира музыки, автор текстов группы Rammstein. Его стихи проведут нас по чувственному миру, сотканному из сексуальности, любовной аддикции и рефлексии.

далее


Рассказы фанатов


Загран-тур в сказку

Автор: Littledrop Автор: Littledrop

Часть 2

Изучение фольклора

Как и обещалось, лес быстро кончился, сменившись степью. Никакой дубравы видно не было, и потому пришлось пока что остановиться. С тапка Пауля сняли поклажу и отправили его на разведку, а сами, подстрекаемые Тиллем, сели перекусить.
Вернувшись, Пауль очень обиделся, что всё вскрыли без него. Из-за этой обиды он отвернул от них физиономию и лёг на тапок, отказавшись рассказывать о результатах разведки. Раммам пришлось долго извиняться, пока разведчик их не простил. А простил он их, лишь получив желанную ёмкость. Показав рукой направление, он отвернул пробку.
Дождавшись, пока он выкинет тару, икнёт и свалится, они забросали его рюкзаками и велели тапку лететь в указанную сторону. На опушке у первых маленьких дубков они остановились снова.
- Она сказала, что здесь живёт Робин-Гуд.
- И что?
- Да ничего. Кого пошлём на встречу?
- Помните, нам нужен волшебный свисток? Нужно его украсть!
- Красть нехорошо, - Тилль поднял вверх палец. – Но раз такое дело…
- Правильно, а то я уж подумал, сейчас мораль читать начнёшь. Итак, кто тут у нас самый маленький и хитрый?
- И подлый? И лгунишка?
- Ясно, будите Пауля!
Они заказали скатерти ведро ледяной воды, стащили Пауля с тапка и нещадно облили его. Он быстро протрезвел, вскочил и заругался.
- Так, тебе выпало исполнить великую миссию: украсть у Робин-Гуда свисток!
- Опять. Не пойду никуда.
- А мы уже решили, так что отправляйся.
Несчастного подхватили под руки и несколько метров протащили по тропинке. Путь уводил дальше в рощу, вилял между тонкими и толстыми деревьями, пока не исчезал. Пауль обернулся на сгрудившихся на опушке друзей, злобно погрозил им кулаком и пошагал вперёд, навстречу страшным разбойникам.
Шёл он недолго. Деревья вдруг резко исчезли, и перед ним предстала страшноватого вида поляна. Трава здесь была вытоптана, и это пространство окружал частокол, где на шестах торчали человеческие черепа в шлемах. Повсюду были разбросаны копья и стрелы, мечи. За забором высился здоровенный дуб, на котором был укреплён деревянный домик.
Пауль сглотнул. Куда же они попали? Боже, боже… Он поднял с земли копьё, подобрал ножик, и стал обходить забор кругом. Найдя калитку, он толкнул её. Она оказалась открыта. Воровато, боком, Пауль проскользнул в стан врага. Двор был завален хламом вроде старых телег, и потому он без труда добрался до дуба. К могучему стволу была приставлена лестница.
- Ладно, была - не была! Я буду героем!
Сжав копьё в зубах, Пауль полез вверх. Приоткрыв дверь, он заглянул в комнату. Там был стол, за которым сидели два богатыря и некто толстый с чубом. Эти трое и резались в карты. Ещё в углу храпел другой витязь, обнимая странный агрегат. Пауль подумал и понял, что это ничто иное, как знаменитый русский самогонный аппарат.
На стене висел стенд с гвоздиками, на которых висели разнокалиберные свистки. От самых маленьких до огромных.
Смекнув, что среди них, конечно, есть нужный, разведчик стал разглядывать стенд и одновременно придумывать, как добраться до цели. Но с наблюдательного пункта ему не было видно другого края стенда. Он рискнул немного высунуться. Вдруг дверь под его давлением нежданно-негаданно распахнулась, и Пауль свалился на пол, чуть не напоровшись на копьё. Картёжники обернулись, и толстый с чубом спросил:
- Это что за коротышка к нам пожаловал?
- Началось, а сказал, что место безопасное! – с укором сказал чубастому богатырь.
- Да будет вам, молодцы, давайте нальём человеку, раз пришёл! – расщедрился другой.
- Да ничего, ик, ему не давать, ик! – протестовал витязь у аппарата.

Пауль ничего не понял, но его уже усадили за карточный стол и придвинули здоровенный бокал, наполненный мутноватой жидкостью. Унюхав спирт, Пауль чуть не соблазнился, но вовремя вспомнил о своей миссии. Тяжко вздохнув, он отодвинул чан и замотал головой. - Обижаешь! Сам гнал! – настоял чубастый.
Но Пауль держался молодцом, мотая головой из стороны в сторону. Но за время борьбы он разглядел, что подписи под ключами были на русском. Похоже, исполнение миссии ему не светит, разве что попытаться унести весь стенд. Так же он рассудил, что нужно сматываться от гостеприимных хозяев, пока не поздно.
- Простите, но я должен уйти, меня друзья ждут, - по-английски сказал он, (авось, и поймут), встал из-за стола.
- Не понял, это как ты меня назвал? – один богатырь сунул ему под нос кулак.
- Я пойду, уже ухожу, - забормотал Пауль, двигаясь к двери.
- Куда?
Ему преградили дорогу. Пауль заметался туда-сюда, понимая, что не уйти ему от врагов. Тогда он решился: окно! Вот путь к свободе!
Подбежав к стенду, он снял с огромного гвоздя висевший на цепи свисток и метнул его в одного богатыря, а сам подбежал к окну, открыл ставенки и вылез наружу.
На его счастье, ноги встали на ветку. Но из окна послышался громкий мат, и чубастый высунулся в проём.
- Бежишь, окаянный! Щас я тебя!
Соловей-разбойник поднёс к губам свисток и уже надул щёки, но вдруг увидел, что под дубом появилось пятеро неизвестных богатырей. Все они были при полном вооружении: в шлемах, кольчугах, с щитами и мечами. Один из них, самый сильный, поднял голову вверх и заорал что-то на странном языке.
Пауль, сидя верхом на тонюсенькой веточке, тоже увидел его и подумал: «Ну всё, конец мне пришёл! Со всех сторон окружили! Не надо было мне над ребятами прикалываться, бросили меня в смертный ча-а-а-ас!!!»
Увлечённый такими думами, Пауль не разобрал сначала выкриков богатыря, а кричал он вот что:
- Вы куда моего друга загнали, а? Ух, как я вам сейчас врежу! Риха, приготовься, метнёшь копьё тому в глаз! Флэйк, дашь мечом тому по макушке! Шнай, Олли, вы вдвоём на этого нападайте! А я сейчас главным займусь! Держись, друг!
За движением врага Муромец, Попович и Никитич с Соловьём наблюдали уже из домика. Они никак не могли понять, откуда взялись эти странные воины. А они переходили в наступление.
Выполнив план своего предводителя, они легко связали опешивших врагов. Главный богатырь, ничего не объяснив пленным, вылез в окно и крикнул:
- Пауль, тебе больше ничего не угрожает, слезай оттуда!
Сидевший к нему задом на ветке Пауль повернул голову и, увидев кого-то в русских народных доспехах, отвернулся и запричитал:
- Господи, прости меня, что Тилля толстым обзывал, господи, прости за то, что рихину косметику раскидывал… Ребя-а-ата-а-а!
- Не узнал, что ли? – витязь поднял забрало и под ним обнаружилось удивлённое лицо Тилля. Он впервые слышал, как Пауль раскаивается в своих грехах. – Ты повернулся бы.
Пауль, услышав знакомый голос и кое-как разобравшись во всём, повернулся. И чуть не упал.
- Тиллюша, ты? А я уж думал… Не узнал, богатым будешь! Просто ты в этой кольчуге толстым не смотришься…
- А кто-то секунду назад раскаивался… - вздохнул Тилль. – Ладно, я тебя простил, давай руку. Стол накроем, поедим…
- Там и самогонный аппарат стоит, - в окошко высунулся Флэйк. – Давно мечтал увидеть эту машину!
Связанные враги очень протестовали, когда Раммы в полном составе начали изучать их собственность. Флэйк, как самый умный, вызвался заставить аппарат работать, нажал кнопку… Хлопнуло, их облило водой, а потом комнатку заволок дым, а самогонный аппарат развалился. - Я знаю, каких ты наук доктор! Разрушительных! – возмутился Дум.
- Обычно, это ты всё рушишь, - справедливо заметил Риха. – Знаете, как-то здесь после взрыва неуютно. Пойдёмте на улицу.
- А что с этими делать? – Оливер кивнул на связанных врагов. – Тут оставим?
- Зачем так жестоко? Если они нам добровольно свисток отдадут, то можно и отпустить, - Тилль по-королевски опёрся на меч.
- Ты по-русски читаешь?
- Нет.
- И я тоже, и мы все. Там подписано по-русски, - Пауль показал рукой на стенд. – Ничего не выйдет. Предлагаю их не развязывать, и убираться отсюда побыстрее. Вы видели, куда они меня загнали? Сущие изверги!
- Ты прав, кириллица, - сказал Флэйк, изучив подписи. – Разве что все забрать и по очереди проверять.
- Нет уж. Лягушка сказала, что есть запасной вариант – герр Змей Горы-ныч.
- Ладно, топаем к змею, - решил Тилль.
Спустившись по лесенке во двор, они сняли с себя доспехи и вышли за забор. Там Раммы снова погрузили Пауля и рюкзаки на тапок и, притопнув, побежали по тропинке из дубравы.
Она вывела их на берег реки.
- Реки втекают в озёра, болота или моря. Значит, топаем вниз по течению, то есть вперёд, - подняв подбородок, Флэйк указал пальцем на закат, где река разливалась золотыми бликами.
- Что ж, очень хорошо, - зевнул Риха. – Давайте завтра. Я за сегодняшний день так устал и испереживался…
- А я изголодался! – встрял Тилль.
- Да ты вечно голодный. Начинаем ставить палатку.
Долго они мучились, но ничего не вышло. Все попытки окончились крахом и пришлось просто растянуть брезент между осинами на берегу реки и лечь спать под тентом. Скатерть порадовала их отменным мясом в горшочках и не менее отличным коньяком. Быстро отрубившись, Раммы кое-как заползли в спальные мешки и заснули.

Посреди ночи Риха проснулся от какого-то дробного шума, отдающегося в земле. Сначала он подумал, что это Дум во сне играет на ударных, но когда он толкнул Шная под бок, дробь не смолкла. Тогда Рихард встал и, завернувшись в одеяло, вылез из-под тента. Никого не было видно. Он зевнул и вышел на берег реки. Ночь сверкала звёздами, воздух был великолепно тихим и чистым. Риха сел на пенёчек и стал глядеть на звёздное небо, которое почему-то напоминало ему разлитый чёрный лак для ногтей, с блёстками. Наверное, сказывалась его тоска по косметичке.
Ничто, казалось, не нарушит эту идиллию, но вдруг его чуткий музыкальный слух уловил тихое ржание. Лошади! Дробь – это отголосок копыт. Рихард поднялся с пенёчка и посмотрел вниз. Чудесный конь пришёл на водопой: он был огромным, каурым, с золотой, заплетённой в косы гривой и пышным хвостом.
Быстро спустившись по откосу на пляж, Риха стал подбираться к коню. Он перебирал копытами и пил воду, наклонив голову. Встав в отдалении, чтобы не спугнуть, Риха стал за ним наблюдать, не в силах оторвать глаз. Но вдруг конь повёл ухом и повернул голову, втянул воздух и подошёл к нему.
- Здравствуй! – обрадовался Риха.
- И тебе привет.
- Ты по-немецки говоришь?
- Я – Сивка-Бурка, вещая каурка, всех понимаю. Что ищешь тут посреди ночи?
- Да ничего, на тебя полюбоваться решил, - польстил Рихард.
- А дело какое-нибудь есть? Что за интерес – я не достопримечательность, чтобы мной просто так любоваться, - серьёзно сказала Бурка, но в глубине души ей было очень приятно.
- Дело… Ах, дело! Мы идём на встречу к герру Змею-Горы-нычу, чтобы он нас через море перенёс. У нас на том берегу дело – концерт сыграть. Музыканты мы.
- Скоморохи?
- Нет. Рок-группа.
- Кто? Ладно, не важно. К Горынычу, значит? Ступайте, он добрый малый. Только запомни: левая голова пьёт только водку, средняя – только мартини, а правая – коньяк. Перепутаете – плохо будет!
- Почему? Он сам не разберётся, что какой голове пить?
- Он читать не умеет и в этикетках всё время путается.
- А-а-а, понятно. Будем знать. Спасибо. А как к нему добраться?
- А прямо по течению реки ступайте, там будет холм, в котором он нору у хоббитов снимает.
- Ясно.
- Бывай. Пойду я. А то небось Конёк-Горбунок мой на дискотеку умотал, а посуду не помыл.
Сивка-Бурка топнула копытом и исчезла. Риха же взобрался с горем пополам на берег и снова лёг спать, размышляя, как же в Русскую Сказочную Глубинку затесались хоббиты. Этого он так и не понял, потому уснул с больной головой.
Утром Риха решил всем рассказать о своих достижениях:
- Я столько всего узнал! Тут ночью лошадь прибегала…
- Какая лошадь?
- Сивка-Бурка…
- Кто?
Его всё время прерывали и потому неудивительно, что говоря, какие подарки надо принести герру Горынычу, он перепутал напитки.

Река весело плескалась о берег, а по её берегу на огромной скорости неслись пять неясных силуэтов в красных сапогах, а за ними, чуть сзади, летел большущий тапок, нагруженный рюкзаками. Остановилась это процессия, лишь кода река разлилась на дельту, а на другом берегу показался довольно высокий холм. Тогда путешественники остановились на перекус.
- Как будем через реку перебираться? – чавкая печёной картошкой с укропом, спросил Тилль.
- На тапке, - Пауль кивнул на свой летательный аппарат. – Всё бы хорошо, да только он тебя, богатыря, не поднимет.
- Рюкзаки поднимает, а меня не поднимет? – выражение лица Тилля перестало быть блаженным.
- Увы.
Тилль бросил в него картошкой, а потом и вовсе загнал в реку. Все остальные рассмеялись и вышли на берег, чтобы поглазеть на то, как Линдеманн станет добивать подлеца. И вправду, Пауль сидел на мелководье, закрываясь руками, а победитель стоял над ним, уперев руки в боки.
- Не хочешь меня на своём грязном тапке везти – не надо! Я сам реку переплыву!
- Ну попробуй, только меня не топи, - замахал руками Пауль.
- Спорю на бутылку, Тилль не переплывёт! – отчего-то крикнул Флэйк.
- Я, профессионал, не переплыву? – загорелся спором Тилль. Ему не столь важно было получить ёмкость, сколько доказать, что он и сейчас не только петь и стихи сочинять умеет.
- Принимаешь вызов? – Флэйк спустился к реке.
- Принимаю!
- Тогда по рукам!
Они пожали друг другу руки, а Пауль разбил.
Вспомнив, что на полный желудок плавать нельзя, Тилль решил не возвращаться к привалу, а сдал сапоги и рубашку Рихарду, как самому аккуратному. Сам он вошёл в воду и поплыл вперёд, на тот берег, свободным стилем.
Дно быстро ушло из-под ног. Но течение было совсем не сильным, вода приятно тёплой, водоросли щекотали живот. Тилль заулыбался, вспоминая былое, нырнул, потом ещё раз. Но вдруг он как будто услышал чей-то голос из-под воды. Кто-то тонет? Снова уйдя под воду, Тилль поплыл на голос. Он заметил, что между водорослей блестит что-то золотистое. Это была маленькая рыбка, запутавшаяся в речной траве. Удивительно, но она и взывала о помощи!
Всплыв и набрав воздуха, Тилль снова нырнул. Подплыв к рыбке, он разорвал водоросли и рыбка всплыла наверх. Сам он тоже поднялся. - Hi! My name is Gold Fish! Thank you very much! – поблагодарила она.
- Да не за что, - Тилль улыбнулся ей и поплыл дальше.
- Ты что, глупый? Я – Золотая рыбка!
- И что?
- Исполняю одно желание! Плыву я тут, владычица морская, из моря в реку, на нерест, а тут эти водоросли противные! Говори, чего хочешь!
- Э-э-э… - Тилль задумался так, что чуть не утонул. Ему ничего сносного не приходило в голову. Пожелать возвращения домой? Наверняка скажет, что не возможно. Да и друзей не оставишь. Что тут пожелаешь? Разве что для себя что-нибудь, житейское. – Слушай, ты можешь сделать так, чтобы мой друг Пауль прекратил меня подкалывать? Говорит, что я толстый.
- Может тогда лучше тебя худеньким сделать?
- А его не изменить? Я не хочу худеть.
- Сложно. А что тогда?
- Тогда… м-м-м… Сделай так, чтобы у нас с герром Горынычем как по маслу прокатило!
- Окей. Камба-барамба, чумба-бурумба, бу! Готово, пока!
Махнув хвостом, рыбка нырнула и уплыла. Тилль некоторое время пытался понять, будет подвох, или нет, но так ничего и не понял. Тут он заметил, что кто-то прыгает и машет руками на том берегу. Беспокоятся, наверное. Ладно, Флэйк, готовь бутылку!
За две минуты Тилль оказался на другом берегу и, ещё не вылезая из воды, сказал:
- Ну что? Съели?
- Уже про еду. – Пауль закрыл лицо руками. – Мы только что ели. Идём к Горынычу, нас тут уже хоббит встретил, говорит, что змей в норе номер 10 живёт. Надеюсь, ты Флэйку бутылку простишь?
- Прощу, - Тилль вылез из воды. – Где там моя одежда?
- А не отдадим!
- Мы тут тебя ждём, а ты ныряешь с головой, наслаждаешься!
- Да, а что? И вообще, мне это надоело! – Тилль выхватил у Рихарда свою одежду и надел её, натянул сапоги. – Мне попалась исполняющая желания рыбка.
- Да? И что ты заказал?
- Не скажу.
- Я знаю, - Флэйк поправил очки, - «есть и не толстеть»!
- Молчи, - буркнул Тилль и пошёл по направлению к холму.
Остальные поспешили за ним. Вблизи они рассмотрели, что холм изрыл норами – большими и маленькими, закрытыми резными дверками. Перед крыльцом обязательно стояла лавочка, и некоторые были заняты. На них важно сидели и курили хоббиты. Раммы подошли к ближней лавочке и Тилль спросил:
- Как вы сюда попали? Это же РУССКАЯ сказочная глубинка!
- Гендальф, сволочь, нас сюда сослал. Но нам и тут хорошо, не жалуемся. Я уже о вас слыхал. Говорят, Горыныча разыскиваете? Идите отсюда налево вверх по дорожке. Будет нора номер десять, там он и живёт.
- Спасибо.

Следуя указаниям хоббита, они шли по тропинке, пока перед ними не предстала огромная круглая дверь. Ещё они увидели след лапы восемьдесят второго размера перед крыльцом.
- А Лягушка не сказала нам, что это – здоровенный трёхголовый дракон, - задумчиво сказал Олли, разглядывая след.
- Кошмар! Надо было свистки тащить! – Шнайдер схватился за голову.
- Да успокойтесь вы! Мы же знаем, как его задобрить! Доставай скатерть, Флэйк! – приказал Риха. – Мне уже ничего не страшно.
- После исчезновения косметики, - вставил Пауль, но него никто не обратил внимания – Рихард торжественно выставлял подарок каждой голове. – А вы точно помните, какой что наливать?
- Конечно! Правая – мартини, средняя – коньяк, а левая – водку! – уверенно сказал Риха, показывая пальцем на огромные, пятнадцатилитровые бутылки.
- А мне казалось, в первый раз ты наоборот называл, - Шнай оглядел бутылки.
- Странно, он по цвету разве не поймёт, где что?
Тилль схватил коньяк, не без труда поднял тару и постучал в дверь ногой. Через минуту дверь приоткрылась. Сначала в щель высунулась первая драконья голова, а над ней появились вторая и третья.
- Hallo, герр Змей-Горы-ныч! – оскалился Тилль. – А мы вам подарок принесли!
- Подарок? Я подарки люблю!
- И я!
- Да и я, тоже! – поддакнула последняя голова.
Сверившись с теорией относительности, Тилль, Пауль и Флэйк вручили каждой голове по бутылке согласно последней версии. Не поглядев даже, что ему дают, Горыныч ловко скрутил пробки и лапами и хвостом поднёс бутылки к мордам.
- Ой, ребята, я неправильно сказал!.. – запищал сзади Риха. – Бежим!
- Стоп!
Все увидели, что в последний момент жидкости изменили цвет: коньяк стал водкой, мартини – коньяком, а водка – мартини. Горыныч в три глотка опорожнил бутылки, заботливо вытер каждую моду хвостом и сказал:
- Ну спасибо, удружили!
Тилль надулся от гордости: вот какое правильное желание он загадал! Тем временем довольный дракон предложил им сходить к морю, на пляж, искупаться. Раммы были не против. Прихватив скатерть-самобранку, они своим ходом, еле поспевая за Горынычем, пошли к морю. Там они хорошо отдохнули, поплавали, покушали, выпили ещё и ещё, рассказали друг о друге всё, что могли.
- А не поможешь ли ты нам, Горыныч?
- Да для вас всё, что угодно! – в один голос сказали головы.
- Перевези нас через море, а? Нам на ту сторону надо, к Кост-чею.
- У-у-у, далеко!
- Перевёз бы, да крылья ослабели.
- Стар я стал, на такие расстояния летать, - запротестовали головы.
- Ну… - огорчились Раммы. – Ты – наша последняя надежда домой попасть.
- Да?
- Раз так, то до острова Буяна вас донесу.
- А дальше вы сами.
- И на том спасибо. Завтра утром назначаем вылет!
Заночевали они в норе Горыныча. К их огромному удивлению, там не пахло ни гарью, ни перегаром, было чисто, прибрано и красиво. Рихард подметил, что в интерьере чувствуется женская рука.
- Да я вот, недавно, на американке-драконихе женился. На той, что в «Шрэке» снималась. Правда сейчас она улетела в гости к папе Смогу. Туда же, откуда Гендальф хоббитов сослал. Ей сказали, что папаню чуть в озере не утопили.
- Печально, печально, - Шнай почесал палочкой за ухом. – Давайте спать ложиться, вставать завтра рано.
- Да, прав ты.
Устроившись на полу в спальных мешках, все шестеро быстро заснули. Сны им снились самые обыденные и оттого сладкие. За эти дни они уже успели жутко соскучиться по родной стране и перенасытились всяким волшебством. Ведь всё, что приключалось с ними тут, дома случиться никак не могло.
Утром началась такая суматоха со сборами, что они не успели даже нормально позавтракать. Грузить на себя всю поклажу Горыныч не дал, и потому пришлось отказаться от всех подушек и одеял. Хорошо хоть, что Пауль отбил тапок, считая, что он им ещё очень пригодиться. Наконец собравшись, Раммы уселись на спину Горынычу между шипами гребня. Змей тут же стартовал с обрывистого берега моря и полетел над волнами бреющим полётом.
Наездники не переставали удивляться разным чудесам сказочной глубинки. Вот под ними проплыл косяк обворожительных русалок, проехал на пенной колеснице морской царь, видели они и деревню на спине Чудо-юдо Рыбы-кита. На прощание зверь так хлопнул хвостом, что поднял цунами.
- Смотрите, а вон и остров Буян, - левая голова Горыныча кивнула на стремительно приближавшуюся точку в море.
- Ага. Правит там Царевна-Лебедь. Красотка, в сарафане – в кокошнике, но характер у неё вздорный. Царевич Гвидон у неё под каблуком, не говоря уже о том, что она ему пригрозила вечным существованием в облике комара, - правая голова обернулась к Раммам и подмигнула. - Вы попросите тамошних купцов взять вас на корабль и перевезти попутно на ту сторону, - посоветовала средняя голова.
- Ага, так и поступим, - решил Тилль.
- Горыныч, а у них косметика имеется? – Риха выглянул из-за гребня.
- Судя по тому, что там две трети населения – бабы, то должна быть.
- А мне её дадут? А то я уже просто не могу! Ни ванну принять, ни маску не сделать! А сам я делать не умею! Стану прыщавый, и всех фанаток потеряем.
- Да уж конечно! – рассмеялся Пауль.
- Идём на посадку! Держитесь, ребята!
Горыныч начал снижаться, выставив вперёд лапы. Вскоре змей пропрыгал несколько метров по прибрежным скалам и остановился.
- Просим пассажиров покинуть салон. Не забывайте свои вещи!
Раммы слезли со спины Горыныча, сняли рюкзаки, инструменты и тапок.
- Спасибо, друг! – поблагодарили они.
- Бывайте! – взмахнув хвостом, Горыныч взлетел и за три минуты скрылся вдали.

По обыкновению кинув на тапок Пауля и рюкзаки, они пошли в гору. Сверху, на холме стоял город. Виднелась городская белокаменная стена, а за ней разноцветные купола церквей и крыши теремов.
- Цивилизация! – выкрикнул Риха и побежал к воротам. Остальные за ним.
У сторожевых башенок их встретила угрюмая стража. Тяжёлые ворота были закрыты на огромный засов. Вид их впечатлял.
- Не пустим мы вас в город! – стражники в красных камзолах скрестили алебарды перед носом Рихарда.
- Почему это? – обозлился он. – Мне нужно…
- Мало ли, кому что нужно? Идите своей дорогой, не пяльтесь на ворота, как бараны, - грубо сказал другой стражник, навесил на ворота огромный замок и вместе с коллегой скрылся в сторожевой башенке.
- Я не понял! Почему?! – Риха от злости топнул ногой. – Нам нужен купец! Мне нужна косметика! Слышали?!
Но из башенки никто не отвечал. Рихард бросился к воротам и стал молотить по ним кулаками и сапогами. Но Тилль фирменным подзатыльником заставил его прекратить это неблагодарное занятие. Оттащив его подальше от стены, Линдеманн успокаивающе сказал:
- Не хнычь, ты по крайней мере можешь принять ванну с морской солью. Причём совершенно бесплатно. Искупаешься в море. Я могу даже послужить инструктором по плаванию, только прошу тебя, не плачь. Я не выношу жен… твоих слёз.
К счастью, Риха не заметил его оплошности и постепенно успокоился.
Нагрузив тапок поклажей, Раммы прогулочным шагом побрели вдоль стены. Флэйк их обнадёживал, говоря, что они обязательно должны набрести на пристань. Но пока что на лукоморье виднелся лишь большой дуб.
Когда они подошли поближе к дубу, то заметили, что его ствол обвивает толстенная золотая цепь.
- Слушайте, это бижутерия или центнер драгоценного металла? – Шнайдер подскочил к дереву и попытался попробовать цепь на зуб. - Осторожно, Дум! – заорали остальные.
Шнайдер недоумённо обернулся, но сделать ничего не успел. Ему на голову сверху прыгнуло нечто огромное, чёрное и с длинными когтями. Оно вцепилось ему в волосы и начало драться, при этом вопя благим матом:
- Япона твоя мать, поганец! Цепь мою решил стащить! Вор! Урод! …, …, ё-к-л-м-н-бабай! Вот тебе, вот так, вот так!
Кристоф же в свою очередь махал руками, бегал вокруг дуба и тоже орал:
- Снимите с меня это! Снии-и-ми-и-и-те-е-е!!!
Наконец его поймал Оливер и с трудом сдёрнул с его головы матюкающуюся «шапку». Она укусила его за палец, вырвалась, прыгнула на цепь и там осталась. Когда оно наконец остановилось, все поняли, что это – огромный чёрный взъерошенный кот с помятыми усами, в очках и галстуке. Прямо вылитый работник какого-нибудь НИИ, где платят 100 р. 12 коп. за год работы. Учёный кот-полиглот.
Да, это был тот самый лукоморный кот, который «налево идёт – песню заводит, направо – сказку говорит», а стоя на одном месте болтает о всякой учёной всячине. А «златую цепь», своё единственное сокровище, кот хранил как собственный пушистый хвост.
- Вы мою цепь не троньте, не то хуже будет!
- Но мы же не знали, что это – ваша цепь, извините, - Пауль развёл руками.
- Да, вы простите, - Шнай почесал голову, с которой чуть не сняли скальп.
- Прощаю. – Кот по-чеширски улыбнулся и пошёл по цепи налево. – Во поле берёзка стояла, во поле кудрявая… Идёт Иван-Царевич… Стоп, а вы кто такие будете и куда путь держите?
- Мы пристань ищем.
- Да, в город нас не пустили и пришлось пристань искать.
- Точно. Не знаете, герр Кот, куда нам идти?
- Я – кот учёный, всё знаю, обо всём ведаю! Идти вам надо в обратную сторону, откуда пришли. Там и найдёте корабли-ладьи.
- Вот так всегда, - вздохнул Олли, - куда не попрём, всю жизнь не туда.
- Не унывай! Давайте лучше сядем, поедим…
- «Не унывай»! – надулся Пауль. – Хорошо живёт на свете Винни-Пух, оттого поёт он эти песни вслух!.. Вот что я тебе скажу!
- Не обижай Тилля, он правильно говорит, - вступился за старого друга Риха.
- Да, но только не здесь, - Флэйк втянул носом воздух и поморщился. – Чувствуете, чем-то противным воняет?
- Противным? – обиделся Кот. – Да это же сам Русский дух! Здесь Русью пахнет! То есть водкой «Путинка», самогоном, хвойным лесом, нефтью, газом и шаурмой.
- Ясно. Отличный букет! – рассмеялись Раммы.
- Да. Всё-таки, мы лучше пойдём. Спасибо за информацию!
Попрощавшись с Котом, они потопали назад. Найдя большой валун, они расстелили скатерть, пообедали. Далее пошагали более весёлые. Тилль даже стал напевать “Reise, Reise”, гладя на волнующееся море. Тут они заметили вдалеке парус корабля и убыстрили шаг. Где-то через полчаса быстрой ходьбы впереди показались доки и пристань. К ней были пришвартованы разные корабли с яркими парусами, где по палубам сновали матросы, рабочие грузили бочки и ящики с товарами, а на них покрикивали разряженные в соболя купцы.
- Смотрите, ребята, наш флаг! – Флэйк показал на мачту одного из кораблей, где полоскалось на ветру жёлто-красно-чёрное полотнище. – Идём туда, они обязаны помочь землякам.
Раммы бросились к купцу, управлявшему погрузкой на корабль ящиков. Он, оглядев их, растрёпанных, обросших щетиной и в заляпанной одежде, пренебрежительным голосом спросил:
- Ja? Чем могу быть полезен?
- Здравствуйте! Мы ваши земляки! Возьмите нас на корабль!
- С какой стати?
- Неужели не поможете?
- Только за плату. Хотя, чем вам платить? Сами, небось, голодные. Хм, постойте. А не летучий ли это тапок? – он показал пальцем на тапок. – Я сейчас плыву к заморскому султану продавать продукцию фирмы «Зингер». Я слышал, что у него пропала ценная вещь – летучий тапок. Он даёт за него огромное вознаграждение. Если отдадите мне тапок, то, так и быть, довезу куда надо.
- Пауль?
- Нет! Я к нему уже привык и решил домой взять!
- Пауль!
- Нет!
- Пауль!!!
Герра Ландерса сбросили с тапка и вручили ему все рюкзаки, а тапок отдали предприимчивому купцу. Он сразу масляно заулыбался. - Можете подниматься на палубу. Я вам даже один набор для маникюра могу подарить!
- А лак не дадите? – с надеждой спросил Риха.
- Не торгую.
Рихард сник, но потом снова заулыбался, решив довольствоваться малым.
Матросы показали им две отведённые каюты. В них было по две полки для вещей и по три гамака. Разместившись, они снова вышли на пристань и сказали купцу, куда им надо. Он сказал, что ему это немного не по дороге, но ничего, он довезёт.

Продолжение следует


  Количество комментариев: 3

[ добавить комментарий ]    [ распечатать ]    [ в начало ]