Rammstein Fan ru Rammstein - последние новости О Rammstein Аудио, видео материалы Фэн-зона Работы фанатов группы Rammstein Магазин Форум
домойкарта сайтадобавить в избранноесделать стартовой
  + обои на рабочий стол
  + комиксы
  + рисунки
  + рассказы
  + сценарии для клипов
  + табы и миди



В тихой ночи. Лирика. В тихой ночи. Лирика.

Тилль Линдеманн – легенда мира музыки, автор текстов группы Rammstein. Его стихи проведут нас по чувственному миру, сотканному из сексуальности, любовной аддикции и рефлексии.

далее


Рассказы фанатов


Муза

Автор: Say Дата: 07.05.2003
Автор: Laravi

Описываемые события имели место приблизительно в 1993 году.

Всё описанное здесь суть чистая правда (не верите - спросите у Раммов), основанная на сомнительных публикациях о группе, найденных в инете и собственном больном (гриппом) воображении автора.

Всем раммфаманам, имевшим наглость кощунственно издеваться над любимой группой, посвящается.


- Пицца! Кто заказывал пиццу!?

Раз
В ответ на зов разносчика пиццы послышался громогласный рёв,

Два
Грохот,

Три
В дверном проёме показался табун проголодавшихся раммштайновцев.

Четыре
Коробки с пиццей на секунду зависли в воздухе -

Пять
И упали на пол.

Шесть
Налетел шквал…

Семь
И накрыл вожделенные коробочки.

Некоторое время тишину нарушало лишь самозабвенное чавканье, печальное чьмяканье погибшей под ногами пиццы, хруст раздираемых коробок, приглушённые (пиццей) вопли и невнятные (по той же причине - пицца) ругательства.

Понаблюдав за этим некоторое время, Она повернулась и проплыла мимо озабоченных принятием пищи Раммов в открытую дверь репетиционной.

- Слезь с коробки, Пауль! Смотри, ты помял пиццу.
- Ничего, давай сюда. Я её съем.
- Ещё чего! Она ж с грибами. Жуй свои анчоусы.
- Кто заказывал вегетарианскую?
- Замри! На тебе помидор… Всё.
- Ай-я-я-яй! Кристоф! Чтоб тебе! Ты наступил мне на пальцы!
- Сам виноват. Нечего свои пальцы везде разбрасывать.

Она уже проникла в репетиционную.

- Там ещё что-нибудь осталось? Я имел в виду не надкусанное. Олли! Прекрати тыкать мне в ухо сыром!
- Ну, извини, я думал, ты ещё голоден.
- Он не хочет надкусанную. Давай мне.
- Ой! Ты укусил меня за палец!

Она увидела инструменты Раммов.

- Смотрите! Целая пицца!
- Где?
- Ух!
- "Королева Моря"… Хм! Аппетитное названьице.
- Дары моря? Я такое не заказывал.
- Фу! Здесь какие-то щупальца…
- Рыбьи глаза…
- Не, я - пас.
- Какие мы нежные! Дай-ка сюда!
Заполучив вожделенную "Королеву Моря", Тилль блаженно заулыбался, смотря в коробку, заполненную тошнотворной смесью раздавленных моллюсков, обнажённых безголовых креветок и редких вкраплений зелени в причудливом смешении сыра и щупалец.
- Как ты можешь это есть?
- Нет, как он может на это смотреть? Меня от одного вида мутит.
- А может оно напоминает ему любимый аквариум.
- Точно!
- Хи-хи-хи!
Вокалист демонстративно промолчал. Впрочем, мысленно взяв на заметку, Кто отпустил шуточку про аквариум. И пообещав себе расквитаться с Ним, как только доест пиццу.

Её тонкие пальчики касались гитарных струн, скользили по клавишам синтезатора. Подобно дождевым капелькам, постукивали по барабанам и микрофонам.

Тем временем, Рихард, бессменный и добровольный казначей группы, потянулся к заднему карману брюк, где, как он надеялся, лежали деньги на пиццу (читай, все сбережения Раммов).
- Кто-нибудь, посчитайте, сколько пиццы… э-э… было.
Рамы без энтузиазма поковырялись в ошмётках коробок и пиццы.
- Ну, вместе с той, которую ест Тилль… девять.
- Девять?!! Кто заказал столько?!
- Чего ты орёшь? - оторвался от "Королевы Моря" Тилль. - Я всегда заказываю три штуки. Ну, и вы, по одной. Сколько всего?
Повисла напряжённая пауза, заполненная довольным чавканьем вокалиста, мысленным щёлканьем счётчика в мозгу Рихарда и загибанием пальцев как минимум одним участником группы.
- Постойте, - поднял, наконец, голову Пауль, - тогда восемь и… - вытянул он палец в направлении методично дожевываемой "Королевы Моря".
- Ну да, не было девятой.
- А может, это не наш заказ?
- Ха! А кто, по-твоему, мог заказать столько этой гадости?
- М-да…
- А может это бонус.
- Чего?..
- Ну, когда ты делаешь большой заказ, тебе ещё дают, чтоб, значит, ты только к ним обращался.
- Неужели? - обрадовался экономный Рихард, он тут же опять помрачнел. - Денег всё равно хватит только на четыре. Тилль? Слышь?
- М-м…
- Денег, говорю, не хватает. Я знаю, у тебя, как не однократно женатого, всегда есть заначка.
- М-м!
- Да отстань ты от него. Всё равно ты его не усовестишь.
- Хмы.
- Точно. И силой вряд ли получится.
- Хмы-хмы.
- И, потом, ты что, не знаешь, какой он злой, когда голодный? Пусть уж лучше будет сытым и раздобревшим.
- А деньги?!
- Послушай, Рихард, - положил дружескую длань Оливер на плечо Круспе. - С тебя кто плату спрашивает? А?
Все дружно заозирались. И, действительно, в окружающей атмосфере наблюдалось явная нехватка настырных курьеров с издевкой в глазах и протянутой пустой дланью. Определив полное отсутствие оного присутствия, Раммы облегчённо заулыбались, довольные столь щедрым подарком судьбы.
- Постойте! - воскликнул Флаке. - А вдруг мы его затоптали?!
Лица Раммов вытянулись, Тилль поперхнулся "Королевой Моря", кто-то напряжённо сглотнул, и все дружно бросились перебирать пазлы из отходов пиццы, гадая, что же из имеющихся в наличие кусочков, может являться бренными останками разносчика пиццы. Драматическая развязка наступила, когда Тилль, издав трагический вопль, одной рукой схватился за сердце (в районе желудка), а другую руку вытянул, предоставив на всеобщее обозрение нечто красное и свисающее. Флаке позеленел и приготовился отвергнуть только что съеденное, надув щёки и выпучив глаза. Остальные содрогнулись.
- Вот что осталось от бедолаги, - загробным голосом изрёк Тилль. Потом принюхался к ошмётку и хмыкнул. - Да нет, это помидор, - и, не долго думая, проглотил его.
Остальные, злобно зыркая на своего фронтмена, поднялись с колен, и, ворча и отряхиваясь, побрели в сторону репетиционной.
Вернувшись в репетиционную, раммштайны, перво-наперво, потянулись к пиву, всегда в изобилии водившемуся в репетиционной. Снабдившись бутылочкой-двумя, Раммы повернулись, наконец, к своим инструментам.
Первым заметил неладное Флаке.
- Кто вытер пыль с моего синтезатора? Изверги! Она мне как подруга была, эта пыль! На ней можно было всякие узоры рисовать…- бурчал герр Лоренц.
- Ага, надо чаще к инструменты подходить, - ехидничал Пауль, впрочем, не торопясь прикасаться к собственной гитаре.
- Ты хочешь сказать, я мало репетирую? - взвился Флаке.
Начавшуюся перебранку прервал жуткий звук, усиленный микрофоном.
Готовые вцепится друг другу в глотки оба экс Feeling B, мигом оказались друг у друга в объятиях.
- Что это было? - с суеверным ужасом прошептал Пауль.
Оливер с высоты своего роста оглядел репетиционную. Звук повторился.
- Всё в порядке, - прокомментировал Оливер. - Просто у Тилля в брюхе урчит. Кто-то догадался нагнуть микрофон до уровня Тилльского желудка.
- Кстати, неплохое звучание, - хмыкнул Рихард. И, мурча что-то себе под нос, начал наигрывать невразумительный мотивчик, уже представляя, как можно будет использовать сей оригинальный опус. Как ему показалось, гитара звучала как-то по-новому. Более свежо.

В это время Шнайдер тупо пялился на собственную установку, пытаясь сообразить, куда бы он мог зашвырнуть свои барабанные палочки в момент старта за пиццей. Печально вздохнув, он полез под установку, надеясь, что палочки, всего-навсего, упали вниз, а не салютировали по всей репетиционной. На полу нашлось много интересных вещей, как то: арахисовая шелуха, пробки от вино-водочных изделий, пивные пробки, засохшие яблочные огрызки и банановая кожура. Некоторое недоумение вызвал использованный презерватив (Кристоф искренне не мог вспомнить, как оное могло здесь оказался). Перебрав руками вышеозначенный мусор, Кристоф нашёл пуговицу, решив, что лимит везения на сегодня, таким образом, исчерпан, он решил вылезти из под установки. И тут на него упал один из барабанов. В принципе, это случалось не так уж и редко. Зачастую от шнайдеровской установки отваливались части в самый разгар репетиции. После чего репетицию приостанавливали, и Шнайдер лез под установку прикручивать скотчем то, что отвалилось. А все остальные костерили его на все лады или упрашивали выбросить чудовищное устройство, клятвенно заверяя, что купят ему новую установку. Кристоф, обычно реагировавший на просьбы товарищей с отзывчивостью мухи цеце, получив по голове барабаном, впервые задумался о преимуществах новой установки, которую не придётся через каждые пять минут заклеивать скотчем.

Пока Шнайдер, ползая под своей установкой, совершал открытее за открытием, Оливер тоже не сидел без дела. Он решил покормить рыбок. Остатками пиццы. Определив, что Тилль не смотрит в его сторону, Оливер приподнял пластиковую крышку аквариума, и щедрой рукой сыпанул туда крошки. Однако, вместо ожидаемого "бульк" прозвучало подозрительное "бум". Оливер, нахмурившись, склонился к аквариуму - его взору предстала ещё одна крышка - бронированная, с огромным амбарным замком. Оливер перевёл взгляд на беспечно жующего Тилля. Тот ответил ему милой улыбкой и невинным взглядом голубых глаз. Рот Оливера превратился в тонкую полоску, а глаза сузились.

Никем не замеченная, Она спорхнула с подоконника.

В углу Пауль и Флаке выясняли отношения.

Она направилась к ним.

- Но Флаке, - невинно вопрошал Пауль, - ты вроде как не хотел оставаться с нами. Значит, можешь не репетировать вообще. Да! И хоть плесень выращивать на своём синтезаторе!
- Что? Как ты меня достал ещё с Feeling B. Видеть твою физиономию ещё и здесь!
- И кто же тебя держит? Иди!
- Ах так?! Ну уж нет! Теперь никуда не уйду! Из вредности останусь!

Она подошла к ним и остановилась на расстоянии вытянутой руки.
Спорщики прервались и изумлённо уставились на Неё.
- Какая очаровательная фройлен, - первым опомнился галантный Пауль, улыбаясь до ушей и выпячивая грудь.
- Откуда она тут взялась? - недоумевал более приземлённый Флаке, - нас самих сюда пускают со скрипом.
- Да что ты несёшь? - не переставая скалить зубы, прошипел Пауль. - Да будь я охранником, я бы тоже тебя не пускал.
- Что? Опять? - возмутился Флаке. - Хватит учить меня жить! Вечно одно и тоже!
- Ах, милая фройлен, - заливался Пауль, игнорируя возмущённого клавишника, - будь я охранником, я бы всюду пускал столь…
Флаке прервал словоизлияния гитариста, сильно наступив тому на ногу.
- Я понял, ты - разносчица пиццы! - воскликнул клавишник.
Она ответила удивлённым взглядом.
- И эта пицца, Дары Моря или как там её "Королева Моря", небось, твоя работа? - обвиняющим тоном продолжал Флаке.
Она улыбнулась и кивнула.
- Ага! - торжествующе воскликнул, довольный подтверждением своей версии, Флаке.
- Где разносчица пиццы? - воскликнул подошедший Рихард, хватаясь за карман с деньгами.
- Да вот.
- Эта? У неё крылья… - удивился Рихард.
- Это форма такая, - не сдавался клавишник. - Правда, ведь?
Она пожала плечами и кивнула.
- Нет! Это муза. Я знаю - они такие крылатые, - расплылся в довольной улыбке Рихард, успевший решить для себя, что платить за пиццу не в коем случае не будет.
- Думаешь? - заинтересовался Пауль. - Музы, они вдохновение, что ль, приносят…
- Да вы что, рехнулись совсем! - возвёл к потолку глаза Флаке.- Не бывает никаких муз, ну что вы как маленькие!

Переводя взгляд с одного на другого, Она тихонько попятилась от увлёкшихся спором музыкантов. И, почувствовав на себе взгляд, обернулась.
Тилль, застыв с пиццей в руках, таращился на неё во все глаза. За его спиной Оливер, вооружившись отвёрткой, пытался вскрыть аквариум.
Усмехнувшись, Она слегка махнула крылом в сторону Тилля, на лице которого тут же расплылась идиотская ухмылка, взгляд приобрёл мечтательное выражение, а рука, отпустив пиццу, и, нырнув во внутренний карман куртки, показалась вновь, с блокнотом и ручкой. Она поплыла в сторону оседавшего на пол фронтмена. Проведя крылом по тилльской голове, Она остановилась - Её внимание привлекли остатки "Королевы Моря" в коробке. Вытащив из кармана барабанные палочки (которые Шнайдер в это время искал под своей установкой), Она, пользуясь ими как хаси (палочками для еды), выловила из объятий "Королевы Моря" осьминожку, и, как заправская гаися (гейша), стала кормить Тилля, коий, впрочем, не отрываясь от написательства, тем не менее, послушно открывал рот.

Потом Она разгрызла палочки, так что в руках у Неё оказалась куча щепок.
Распихав полученные щепки по кармашкам на своём обмундировании, Она, оставив радостно похрюкивавшего вокалиста наедине с его рождающимся творением, приблизилась к увлечённо трудящемуся над аквариумом басисту.
Отвёртка сломалась, не выдержав схватки с бронебойной крышкой, и теперь Оливер осматривал окрестности на предмет если не бензопилы, то, по крайней мере, хорошего лома.
Пытаясь привлечь внимание басиста, Она хотела положить руку ему на плечо. Это удалось Ей только с третьей попытки, когда Она подпрыгнула и зависла в воздухе за риделевским плечом.
В ответ на прикосновение маленькой ручки Оливер обернулся и очень удивился, увидев девушку, в кое том веке, подходящую ему по росту. Однако, опустив взгляд, он разочарованно отметил, что ноги её болтаются в полуметре от пола. Выяснять этот феномен, Оливер не стал, поступая, таким образом, очень мудро. К тому же, ему было совсем не до того, ибо всё внимание взяла на себя протягиваемая ему электродрель. Оливер благодарно принял вышеозначенный инструмент и рьяно набросился на минибронидверь, отделяющую его от многострадальных (голодных) рыбок. Оливер вовсе не был жесток, просто он в тайне мечтал вырастить из невзрачных тиллевских рыбёшек настоящих пираний. Но Тилль, почему то был против.

В это время Шнайдер, как раз вылезавший на четвереньках из под своей установки, наткнулся (взглядом) на ботинки. Некоторое время Кристоф соображал, кому бы могли принадлежать ботиночки такого маленького размера. Так ничего и не придумав, ударник переместил взгляд выше - прятавшиеся за широкими штанами габариты точно не могли принадлежать никому из Раммов, по причине отсутствия оных в данных штанах. Определив удовлетворительность сего факта, шнайдеровский взгляд пополз выше и… застрял. Увиденное вызывало в памяти подсмотренное ещё в детстве и напоминало о многочисленных сёстрах, хотя, с другой стороны, иногда Шнайдеру казалось, что весь мир заполнен его сёстрами. Но тут явно был совсем иной случай.
Терпеливо дождавшись, когда, наконец, барабанщик остановит свой взгляд на Её лице, Она, улыбнувшись как можно более доброжелательно, извлекла из карманов то, что ранее было шнайдеровскими барабанными палочками.
- Это что зубочистки? - удивился Кристоф. - Это всё мне? Ты хочешь подарить мне зубочистки? Ну, ладно…
Пересыпав щепки себе на ладонь, Шнайдер поднял взгляд, однако беспечной дарительницы зубочисток уже не было. Переведя глаза обратно на щепки, Шнайдер, хрюкнув от ужаса, совершил обеими руками неопределённый пассаж, призванный отгонять нечистую силу, и рассеял вокруг себя неимоверное количество барабанных палочек (!). С тех пор палочки у Кристофа никогда не иссекают. Более того, на каждом концерте, Шнайдер пытается от них избавится и раздаёт поклонникам (надеясь, видимо, что данная пакость перейдёт и на них).

Зависнув под потолком, Она оглядела поле боя, то бишь, репетиционную:
Шнайдер медленно отходил от палочковой атаки, Тилль страдал написательством, Оливер взламывал сейф (аквариум), а троица в углу весело тузила друг дружку, чем не попадя.
Она спикировала на дерущихся и, задев на бреющем полёте рихардовский хаер, приземлилась около Тилля.
Гитаристы прекратили мутузить друг друга и уставились на неё (клавишник в это время искал упавшие очки).
Наклонившись к вокалисту, Она чмокнула его в лоб. Повернулась к глазевшим на Неё гитаристам, состроила гримаску, а потом послала им воздушный поцелуй.
Гитаристы кинулись к ней, но не рассчитали и врезались на полном скаку в Кристофа, сидящего на полу среди своих палочек в полной прострации.
Вздохнув, Она возвела очи к потолку, решив, что они и так тут все ненормальные, так что Её помощь им и не понадобится. Хотя, вполне возможно, Она ещё заглянет к Тиллю.
Она потёрла ручки, расправила крылышки и… исчезла.

Гитаристы на полу распутывались с барабанщиком, недовольным их вторжением.
- Вы что - совсем ополоумели? На людей кидаетесь!
- Да мы… Это… Ты ничего странного не видел?
- Да! Палочки!..
- Что - палочки?
- Вот! - показывал непонятливым разбросанные в радиусе трёх метров палочки Шнайдер.
- Ты разбросал палочки. И что?
- Да, нет… Да ну вас! - обиделся Шнайдер.
- Оливер, может хватит шуметь. И где ты взял дрель?
Шум прекратился, и в наступившей тишине отчётливо раздалось хихиканье.
Все замерли, потом медленно обернулись в сторону подозрительных звуков.
Тилль сидел на полу, согнувшись в три погибели, и что-то усердно царапал в малюсеньком блокнотике. Периодически издавая хихикающие звуки.
Раммы окружили своего вокалиста, недоуменно переглядываясь.
- Чего это он?
- Хихикает…
- Его…эта… муза укусила. Я видел.
- Поцеловала! Болван!
Флаке тронул ногой пустую коробку из под пиццы.
- Смотрите! Он это съел! Я же говорил - осьминоги не полезны!
- Да брось ты, это просто пицца.
- Да нет, я же говорю - она его покусала! Теперь ему придётся сорок уколов в живот делать от бешенства, - настаивал Пауль исключительно из вредности.
- Перестань! Нету никаких муз, всё это сказки.
Дебаты прервал довольный рык Тилля. Вокалист удовлетворённо потянулся и встал за бутылочкой пива.
Остальные, стервятниками набросились на оставленным Тиллем блокнотик.
Мирно булькающий пивом Тилль услышал следующие звуки:
- Вот это да!
- Хи-хи-хи.
- Так её, так!
- Один за всех…
- …и всех баб в море, - заключил мстительный Кристоф, не забывший про палочки.
- Э, нет, - испугался такой перспективы Пауль.
Услышанное озадачило Тилля. Вокалист подошел, и из за чьего-то плеча близоруко вгляделся в собственное творение, удивляясь, как это он умудрился понаписать подобное.

Эпилог

Высшая бюрократия небесных сфер. Муза, вытянув крылышки по швам, стоит перед столом Большого Небесного Начальника.
- М-даа, - отрывает Он взгляд от отчёта музы, - несколько неожиданно, да ещё от такого перспективного сотрудника. Да. И не набычивайте крылышки, сударыня. Не думаю, что наверху поддержат вашу идею. Что за странная фантазия… Что? История нас рассудит? Ну-ну. Посмотрим.

Конец


  Количество комментариев: 3

[ добавить комментарий ]    [ распечатать ]    [ в начало ]